eaa7eba2

Екимов Борис - Частное Расследование



Борис Петрович Екимов
ЧАСТНОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ
Повесть
1
Уже растерял декабрь добрую половину листков календаря, а земля еще лежала
по-осеннему черной. И может быть, потому по утрам долго не светало. Ночь
нехотя оставляла нахохленные от долгой осени домишки, темные от дождей заборы,
пустые огороды и, отступая от поселка в степь, таилась там до поры по
буеракам, логам да балкам.
Тусклый день едва успевал разлепить глаза, как следом, чуть ли не с
полудня, тягучие сумерки начинали мало-помалу гасить его зябкую синь.
Старые люди в домах попусту огня не жгли, управляя дела свои привыкшими за
долгую жизнь руками. А на работах да в школах день-деньской окна желтели.
В одной из комнат редакции районной газеты горела настольная лампа с
зеленым колпаком. В комнате было сумрачно, лишь светлое пятно огня лежало на
столе. Хозяин кабинета, Лаптев, не работал, а стоял у окна в ленивом раздумье.
На улице низко, над самыми крышами, висело сизое, озябшее небо. Ни в одной
из сторон близкого горизонта не было видно зловещей чугунной теми -
предвестника снежной тучи. Не было снега, не было...
Тесно прижались к земле темные домики поселка; скучным сиротским табунком
торчали среди них двухэтажные кирпичные коробки центра; нелепые сорочьи гнезда
чернели в сирых деревьях парка. Осень стояла, поздняя осень.
И лишь против дома редакции ясень-трехлеток не совсем облетел; и
потухающий костерок редких его листьев тлел еще, еще светил в сумрачном
осеннем дне, грел еще взгляд. Может, один во всем поселке, а может, и в мире.
Лаптев стоял у окна долго, до тех пор, пока в дверь не постучали.
- Войдите! - крикнул он и пошел к столу,
- К тебе можно, папа? - в дверь заглянула светлая сыновья голова, а потом
и сам он вошел.
- Конечно, заходи, заходи, - удивленно сказал Лаптев. - Свет включи.
Алешка, сын Лаптева, обычно на работу к отцу не приходил. И потому Лаптев
несколько встревожился.
- Что случилось? - спросил он, а сын искал и найти не мог выключатель. -
Ну, что же ты... - укоризненно сказал Лаптев.
Наконец выключатель щелкнул, и на потолке зажглись и мерно зажужжали две
люминесцентные лампы.
- Так что случилось? - повторил Лаптев.
Алешка дверь плотно закрыл, огляделся опасливо.
- Сюда никто не зайдет? - спросил он и добавил, указывая на второй, пустой
нынче, стол комнаты. - Где? Этот?..
- Болеет. Проходи, садись.
Алешка уселся возле отца, потискал руками шапку, положил ее перед собой.
- Лидию Викторовну с работы уволили, - сказал он.
- Какую Лидию Викторовну?
- Какую... Балашову.
- А-а-а, - понял Лаптев. - Это Машина мать?
- Да.
- А где она работала? Я что-то подзабыл.
- В школе, делопроизводителем.
- У вас в школе?
- Да не у нас она работала, а в школе-интернате.
- Вспомнил, вспомнил... - торопливо проговорил Лаптев. - А почему ее
уволили?
Алешка пожал плечами.
- Но ее неправильно уволили,- сказал он.
- Ты-то откуда знаешь?
- Неправильно, - повторил сын, опуская голову. - Лидия Викторовна... -
начал он, но, видно, не нашел что сказать и снова повторил настойчиво: -
Неправильно, и все.
- Значит, неправильно... И ты хочешь, чтобы я ей помог? - улыбнулся
Лаптев. - Так?
Алешка его легкомыслия не принял. Словами ничего не сказал, но поглядел
осуждающе и поднялся.
- Ты сможешь? - спросил он, забирая со стола шапку. - Только нужно
быстрее.
Поняв свою ошибку, Лаптев ответил серьезно:
- Постараюсь узнать, в чем дело. Это, конечно, не мой отдел, я занимаюсь
сельским хозяйством, - объяснил он. - А такими делами у на



Назад