eaa7eba2

Ежов Валентин & Ибрагимбеков Рустам - Белое Солнце Пустыни



Валентин ЕЖОВ
Рустам ИБРАГИМБЕКОВ
БЕЛОЕ СОЛНЦЕ ПУСТЫНИ
На берегу широкой спокойной Волги, на косогоре раскинулась деревушка.
За рекой, до самого горизонта, простираются заливные луга. Первые
солнечные лучи золотят верхушки деревьев, играют в наполненных водой
ведрах, которые качаются на плече краснощекой босой молодухи; она
поднимается по косогору плавно, без усилий, точно не коромысло у нее на
плече, а легкий платок...
Все это кажется чуть-чуть нереальным, может быть, из-за утренней
дымки, окутавшей пейзаж голубизной, или из-за плавности движений, с какой
женщина поднимается с ведрами по косогору; а может быть, потому, что одета
она необыкновенно нарядно, словно сошла с рисунка на палехской шкатулке...
В копне свежего, душистого сена лежит тощий, невысокого роста усатый
красноармеец в выцветшей добела гимнастерке с бантом на груди и
коротковатых портах. Он лежит и смотрит, как медленно приближается к нему
красавица с ведрами, как босые ноги ее ступают по мокрой траве с цветами.
Женщина делает еще несколько шагов, и яркое солнце, ударив в глаза
красноармейца, заставляет его зажмуриться...
А когда он открывает глаза и приподнимается на локте, то видит, что
нет женщины, нет речки, деревни, лугов, нет волшебного утра, а есть
пустыня без конца и края, и солнце, белое солнце, которое ослепляет и
выжигает все под собой; есть только солнце над барханами без единого
кустика или былинки вокруг, до самого горизонта...
Бывший красноармеец Федор Сухов проворно встал, надвинул на глаза
белый кепарь со следами красноармейской звездочки и пошел по пустыне
напрямик.
Двигался Федор Сухов не быстро и не медленно, нормальным походным
шагом, шлепая босыми ногами по обжигающему песку. За спиной его торчал
тощий "сидор" и новенькие, мягкой кожи, сапоги, засунутые под веревку.
Новенькими у Сухова были еще кожаный ремень, на котором висела кобура с
наганом, и английский карабин за плечом. В одной руке у Сухова был чайник,
а в другой - палка с зарубками, пока еще неизвестного назначения. Все на
Сухове висело вроде бы небрежно, но ничего не брякало, не звенело.
Он шел, не интересуясь пейзажем, потому что никакого пейзажа и не
было - один песок, но по сторонам поглядывал: мало ли что. Вдруг прямо
перед собой Сухов увидел торчащую из песка голову человека. Сухов
остановился. Голова была темной, бритой, с закрытыми глазами. Сухов
подошел ближе, опустился на корточки. Один глаз приоткрылся.
Сухов воткнул палку с зарубками в песок - от нее упала тень. Той же
палкой он померил расстояние до конца тени, отсчитал зарубки. - Пять
часов, - сказал он тихонько и дотронулся до головы. - Здравствуй. Ты давно
здесь? Голова с трудом приподняла второе веко. На Сухова смотрели суровые
глаза, в них не было ни мольбы, ни страданий.
- Ты кто?.. - опять спросил Сухов. - По-русски понимаешь?
Ответа не было.
Сухов помолчал, раздумывая.
- Ты бандит или хороший человек? - задал он еще вопрос.
Голова все так же сурово смотрела на него и ничего не говорила.
- Хочешь, дам напиться? - сказал Сухов.
Ответа не было.
Сухов дал голове глотнуть из чайника.
Опять помолчал, глянул по сторонам.
- Что же будем делать?.. - сказал он. - Может, тебя откопать?
И, не дождавшись ответа, Сухов взял палку и, очертив ею круг,
примерился и начал отгребать песок.
... Когда Сухов выволок закопанного из ямы, тот оказался сухощавым,
хорошо сбитым и, видимо, очень сильным человеком. Потому что сразу, не
дожидаясь помощи, он разорвал веревку на связанных рука



Назад